Кончено! Все кончено! Никаких прощений никаких разговоров

Кончено! Все кончено! Никаких прощений никаких разговоров.

Господи, какой позор, какой кошмар. Разве не воспитывали они с мужем свою единственную дочь по всем правилам? Не вкладывали душу, силы средства? Чего могло ей не хватать? И что получили они за все это? А то и получили что их Ленка, ученица выпускного класса оказалась в «интересном положении».

Татьяна Леонидовна металась по квартире, яростно выкрикивая проклятия и призывая на голову Ленки все мыслимые кары. Пятью минутами раньше она нахлестала эту тварь по щекам и вышвырнула за дверь. В тапках и домашнем халате. Возвращаться запретила. И не отступит от своего решения. Пусть проваливает куда угодно, лишь бы не видеть ее никогда.

Муж не вмешивался, молчал. В доме руководила и верховодила жена. Попробовал бы он сейчас сказать хоть слово в защиту Ленки! Лишь к вечеру Татьяна Леонидовна умолкла. С мрачным видом устроилась она у телевизора. Муж что-то спросил у нее, но женщина так глянула, что он поспешил ретироваться в спальню, втянув голову в плечи.

Когда раздался звонок в дверь, новая волна бешенства накатила на Татьяну Леонидовну. Мерзавка решила ее доканать! Но зря старается. У Татьяны Леонидовны больше нет дочери.

А той девке, что стоит сейчас за дверью, будет сказано два слова:

— Вон отсюда!

За дверью стояла соседка. С ее лица мгновенно сошла улыбка — вид Татьяны Леонидовны к улыбкам не располагал. Но Татьяна умела справляться с собой, когда очень надо. И вот уже она улыбается в ответ, приглашает соседку в дом.

Теперь никто и не подумает, что здесь что-то не то, не в порядке. Прошло три дня. Ленка о себе знать не давала. Прячется, небось. Может, поймет дрянь эдакая, что натворила? Да что толку?

Поздно. Пусть прячется дальше. Дома никто ее не ждет. На пятый день Ленкиного отсутствия заявилась ее классная, молоденькая и пока неопытная учительница. Захотела узнать, что с Леночкой. Сначала Татьяна Леонидовна плела какую-то чушь, вскоре запуталась, и, в конце концов, выложила все, как есть. Какое-то время ошарашенная учительница молчала, глядя в холодные глаза Татьяны Леонидовны. Потом выдохнула.

-Господи! Да как вы могли?

-Могла! И не жалею! — Татьяна Леонидовна не собиралась выслушивать вопросы и нравоучения. Ей достаточно своей уверенности в том, что она поступила правильно. Наверное, учительница все поняла, потому, как засобиралась уходить.

А на прощание выдала:

— Я иду в милицию! И, представьте себе, пошла! На следующий день туда пригласили Татьяну Леонидовну. Взяли Ленкины фотографии, приняли заявление на розыск. И все дела. Пусть, это их работа. Время шло. Ленку продолжали искать. А может и не искали, а просто для проформы сообщали об отсутствии результата.

Татьяне Леонидовне было все равно. Прошла зима и половина весны. Татьяна Леонидовна затеяла ремонт. Она давно собиралась основательно очистить квартиру от ненужного хлама, переставить мебель. Женщина с энтузиазмом освобождала шкафы, укладывала в пакеты и коробки пригодные вещи. Ленкины отбрасывала в сторону. Под руки попался семейный альбом с фотографиями.

Вот Ленка — голенький карапуз, а вот — уже толстенькая, кудрявая девчушка. А здесь они всей семьей, веселые и счастливые. Дальше Ленка идет в первый класс, держит в руках букет с себя ростом… Татьяна Леонидовна захлопнула альбом. Смотреть фотографии расхотелось — что-то кольнуло в груди, вызвало смутное беспокойство.

Работа продвигалась теперь не так споро. Вдобавок трезвенник-муж неожиданно стал выпивать, и помощи от него поступало минимум. Как-то в «Криминальной хронике» сказали о найденном в лесополосе трупе девушки. И лишь после того, как показали фото несчастной, Татьяна Леонидовна перевела дух — не Ленка….

Теперь с замирающим сердцем она каждый день садилась у телевизора. Ремонт тянулся медленно и нудно до конца осени. Муж окончательно умыл руки — что ни день, являлся пьяный и снопом валился в кровать. Из милиции продолжали уведомлять все о том же отсутствии результата. Только теперь это уже не устраивало Татьяну Леонидовну.

Ей хотелось хотя бы знать, что Ленка жива, чтобы не колотиться во время «Криминальной хроники». Все чаще мелькали мысли — надо было не так с Ленкой, а как-то иначе. Хоть бы из дому не гнать, что ли…

Татьяна Леонидовна занялась поисками сама. Но как она ни старалась, не появилось ни единой зацепки, которая помогла бы найти Ленку. Никто ничего не знал. Беда Татьяны Леонидовны давно не была секретом для окружающих. Все, как один, смотрели на нее с мрачным осуждением и здоровались через зубы. А некоторые не здоровались вообще.

Через три года не старая и даже не пожилая еще женщина стала совсем седой. С болью в глазах она вглядывалась на улице в детские мордашки и лица молоденьких мам. Еще внимательнее смотрела она на своих ровесниц, ставших бабушками.

Ведь и Татьяна Леонидовна могла бы сейчас гулять в скверике с маленьким внуком или внучкой… Может, не стал бы алкоголиком муж. Он, кстати, больше не молчал. Взял моду с завидной регулярностью устраивать скандалы. Попрекал пропавшей дочерью, колотил посуду, со смаком матерился.

В один из таких скандалов Татьяна Леонидовна не выдержала:

Читай продолжение на следующей странице

Жми «Нравится» и получай только лучшие посты в Facebook ↓

Кончено! Все кончено! Никаких прощений никаких разговоров